В первые годы существования Санкт-Петербурга на месте нынешнего дворца Половцова стояла усадьба Головкина. В те времена город активно застраивался вокруг Адмиралтейства – вдоль рек и каналов один за другим появлялись дома с прилегающими садами. Сподвижник Петра Великого, граф Гавриил Иванович Головкин – великий канцлер, дипломат, глава посольского приказа – одним из первых приобрел участок у Мойки. Главный вход в усадьбу был со стороны реки, через разбитый на ее берегу сад.
В 1835 году дворец Половцова купил представитель семейства Гагариных – Сергей Сергеевич. Гагарины пригласили перестраивать свой особняк Александра Христофоровича Пеля – молодого тогда еще архитектора, помогавшего знаменитому архитектору Монферану в строительстве Исаакиевского собора.
Пель представил проект, полностью изменивший образ дома. В результате реконструкции фасад, решенный в стиле позднего классицизма, приобрел знакомый нам сейчас вид – рустованный бельэтаж над полуподвалом и ритмичный ряд окон в обрамлении из наличников с карнизами по второму этажу.
Тогда же главный вход во дворец Половцова был проделан со стороны Большой Морской улицы, появились парадная лестница и полуциркульный эркер-фонарь над входом. Работы по перестройке растянулись на многие годы и производились с размахом: в Италии закупили белый мрамор для ступеней и балюстрады лестницы, оттуда же, из Флоренции, выписали готовые мраморные камины и дубовые резные шкафы XVI века.
После этого руководство работами по реконструкции особняка Половцова было поручено академику Николаю Федоровичу Брюллову. Брюллов двадцать пять лет проработал в доме Половцова.
На втором этаже появилось новое двухъярусное парадное помещение – Большая библиотека (ныне – Дубовый зал). Именно Брюллов осуществил давнюю мечту отца и сына Гагариных создать единый интерьерный ансамбль этого зала. Резные панели встроенных книжных шкафов, балконов, изящная винтовая лестница и великолепный камин, созданные в XVI веке, замечательно сочетаются с бронзовой скульптурой «Наука и искусство» (XIX век). В работах над интерьером Малой (Нотной) библиотеки, а также Каминного зала (Холл второго этажа) Брюллову помогал архитектор Маршнер.
С 1887 по 1892 годы, после смерти Н. Брюллова, Максимилиан Егорович Месмахер стал третьим и последним создателем особняка Половцова. Бронзовый зал – целиком творение Месмахера. Он же окончательно завершил парадную лестницу и Белый зал, где создал необыкновенной красоты паркет. В 1887 году этот архитектор-новатор представил хозяину проект реконструкции дворовых фасадов. Отныне они получили единое решение в стиле необарокко. Ради этого глухие стены будущего Бронзового зала были оформлены «фальшивыми окнами». В 1892 г. Половцов купил у банкира Гинцбурга 6 гобеленов XVI века. Четыре из них украсили Бронзовый зал, два – Парадную лестницу.
Бронзовый Зал был последней и самой значительной работой М.Е. Месмахера в особняке Половцова. Он получил свое название благодаря большому количеству бронзы в декоративной отделке. Интерьер зала представляет собой уникальный образец эклектики в архитектуре. Он приобрел славу одного из самых значительных по богатству художественного убранства в Санкт-Петербурге конца XIX в.
Бронзовый зал освещается дневным светом, льющимся через световой фонарь-плафон. Он оформлен в виде бронзовой литой золоченой орнаментной решетки и декорирован рельефными листьями и акантовыми розетками. Причудливый орнамент высоких падуг свода из лепнины с позолотой спускается на изогнутые линии балкона-антресолей. Фигурная решетка антресолей литая, из золоченой бронзы, протянута по всему периметру зала и выходит на антресоли Дубового зала.
Две двери на задней торцовой стене Бронзового Зала когда-то вели в помещение с ручными механическими подъемниками для подачи блюд во время парадных банкетов. На продольных глухих стенах четыре зеркала причудливых очертаний в бронзовых золоченых рамах отражают свет бра, напоминающих букеты цветов. Бра вмонтированы в зеркала с помощью мраморных консолей, декорированных картушами в центре, акантами, валютами, рокайлями. Между зеркалами, в мраморных рамах, были размещены ковры-шпалеры, торцовые стены тоже украшали шпалеры, но меньших размеров.
В Бронзовом зале хозяин дома проводил пышные приемы, обеды, театрализованные представления, устраивали музыкальные вечера. В Бронзовом зале читали свои стихи Сергей Есенин и Николай Клюев. Каждый угол помещения украшен вертикальным бронзовым панно с символами аллегорий искусств. В оформлении стен Бронзового зала также использован разноцветный мрамор.
Четыре двустворчатые двери с наборными филенками, выполненные в технике маркетри, с латунными вставками и бронзовым золоченым декором, обрамлены золочено бронзовой рамкой с орнаментом из акантов и поясом из бус.
Наборный паркет является самостоятельным художественным произведением, созвучным декору зала. Он представляет собой композицию из контрастных масс: легкий орнамент из светлых пород дерева — березы, розы и палисандра — на фоне темных пятен из мореного дуба, грецкого ореха, красного эбенового дерева, амаранта.
Панно «Живопись» — атрибуты живописи: палитра кисть, факел, лавровый венок, ленты, циркуль и др. «Архитектура» — атрибуты архитектуры: рулетка, отвес, треугольник, карандаш. В композицию включен бронзовый лист с планом и фасадом Училища технического рисования, дата и римских цифр «1890» — год начала работ по интерьеру Бронзового зала.
Панно «Музыка» — скульптурная композиция из музыкальных инструментов. «Скульптура» — предметы античного искусства, перевитые виноградной лозой, плодами, лентами, обрамляющими барельефный портрет Месмахера, нижний пояс - ряд римских цифр, где «1892» — год окончания работ в Бронзовом зале.